Брифинг Дежурного тренера #2

Дежурный тренер, заполнение профиля на платформе, отношения к тренировкам, взаимодействие тренера и бегуна

Мы живем в раю, нахрена нам лучше? Зачем нам развитие? Что не устраивает? Посмотрите на своих родителей, они жили в десятки раз труднее. Гигантский рост сделал нас счастливее? Нет, счастья больше не стало. Бесконечный рост продолжаться не может. Мы стараемся как можно быстрее высосать все ресурсы из планеты, чтобы улететь на другую? Зачем нам новый айфон, новый автомобиль, новая пара кроссовок? Они делают нас лучше? Параллельно с улучшением идеального рая растет количество людей, умирающих от голода, тают ледники, истощается земля и очень скоро всем этим накроет золотой миллиард. По не самому пессимистическому прогнозу население земли лет через 100 дорастет до 11 миллиардов и схлопнется до трех. Ситуацию ухудшает остановившийся естественный отбор. Давления факторов отбора больше нет. Потомство теперь оставляют не только самые сильные или умные. Единственный вариант выживания - остановить рост. Все призывы к уменьшению выбросов и раздельному сбору мусора - это косметика. Второй закон термодинамики не допускает роста без увеличения энтропии. Чем больше рост, тем больше бардака, тем быстрее рассеивается энергия, тем выше температура, тем ближе конец. Бег - великий уравнитель. Это основа социализации. Тех, кто каждый день пробегает десятку за час и тех кто пробегает за 30 минут я уважаю одинаково. Пробежать марафон за 4 часа не проще, чем за 2:40. В любом случае нужно менять себя. Бегуны - самая демократичная социализация в мире. Всегда найдется человек у которого ботинки дороже, яхта длиннее, сыр вонючее. Но нет никого круче бегуна, каждый день выходящего на пробежку. У меня гены родителей. Гены победителей. Гены войнов. Дважды в год я выхожу на битву. Бьюсь с собой, с секундомером, с соперниками, с обстоятельствами, с теорией вероятностей и с энтропией. На старт Лондонского марафона выдут сорок тысяч бойцов, чтобы дать выход воинственной энергии, заложенной в природе человека. После марафона воевать не хочется. Во-первых, неравенства нет, во-вторых, энергия вышла. И все это с нулевыми выбросами. Вы можете сами сравнить бюджеты марафонов и бюджеты министерств обороны, я думаю, что выбросы пропорциональны бюджетам. Потребление - это гедонизм. Можно пить сотерн с фуа-гра из слегка запотевшего бокала тонкого стекла , разглядывая барашки на океанских волнах под ласковым солнцем. Но я не пил ничего вкуснее самого простого пива после длинной пробежки жарким днем. Когда вы последний раз ощущали запах мха в осеннем лесу? А когда следили за солнечным зайчиком мелькающим между деревьями? А ночной город после дождя с его звуками, запахами, бликами фонарей на лужах? Бег дает радость от самых обычных вещей несравнимую с недолгим купленным удовольствием. И все это снова с нулевыми выбросами и снова не создавая неравенства - лес принадлежит всем. Мы добрались до самой вершины пирамиды. Осторожно, не уколитесь. Творчество. Кто-то собирает ретро автомобили, кто-то вина, кто-то бизнес-джеты. Кому-то для творчества нужен лист бумаги и карандаш, кому-то телескоп Хаббл. Мне для творчества нужен секундомер. Бег - непрерывный поиск очередных двадцати процентов усилий для получения очередных восьмидесяти процентов прогресса. Скорость убивает выносливость. Объемы убивают скорость. Тяжелые тренировки убивают семейные отношения. Семейные отношения создают ненужный бытовой стресс. Частые тренировки убивают бизнес. Бизнес дает деньги на поездки, но не дает тренироваться в полную силу. А еще есть сотни вариантов тренировочных планов и миллионы рецептов правильного спортивного питания. И кроме того, мы все разные и советы лучших нельзя применить к себе. Сотни компромиссов создают бескомпромиссные результаты. Нет ничего увлекательнее, чем эксперименты на живых людях.

Каждый понедельник Дежурный тренер s10 проводит брифинг со своими учениками. Это разбор полетов и планы на будущее. Пятеро учеников пробежали марафон в Казани, пять яичников. Пять из пяти, почти как обычно. Дежурный тренер - это команды специалистов, я отвечаю за ее работу. Мы внимательно работаем с мотивацией, много общаемся с учениками и строим очень долгосрочные планы. Сейчас есть возможно подслушать, что происходит на брифинга. Вы узнаете как я готовился к десятке, хорошо ли находится в состоянии войны, почему десятка сложнее марафона и нужно ли говорить правду умирающему больному.

Известный нам мир построен людьми, которые умели создавать тексты. Кодекс Хаммурапи, Римское право, Библия, Конституция, Фултонская речь, I have a dream. Войны начинались и заканчивались текстами. Все технологические прорывы начинались текстами. Все трагедии и взлеты базировались на тексте. Переломный момент состоит в том, что люди, пишущие тексты, управляют людьми, которые не читают тексты. Эпоха Гутенберга закончилась, как закончилась эпоха нефти. Мой шестилетний сын задает вопрос Алисе, а получает ответ в Youtube. Он не умеет читать, не умеет писать, но уже умеет получать знания. Он может без моей помощи включить мультик про Винтика и узнать, как устроена частичка мира. Я тоже перестал читать книги и с тех пор стал получать значительно больше информации из лекций в Youtube, аудиокниг и clubhouse. Текст был посредником. Идеи можно было донести до миллионов людей в настоящем и будущем только через тексты. Посредник из текста не очень хороший, теряются интонации, эмоции и детали, но другой посредник до недавнего времени был невозможен. Теперь миром правит программный код. Код доносит электронную копию одного человека до миллиардов других людей, живущих сейчас и не сейчас. Код доносит эмоции, нюансы, тонкие смыслы. Код точнее, быстрее, дешевле текста. Код победил Гутенберга. Код преобразовал идеи, высказанные в гаражах, в империи, по мощности и влиянию превосходящие государства. Я пишу этот текст на клавиатуре, стремительно уходящей в прошлое. Видео в Инстаграме с этими мыслям наберет на порядок больше просмотров, чем вот этот текст в Фейсбуке, даже если я прикреплю к нему фотографию для увеличения охвата. Я по прежнему пишу тексты на листочках бумаги перьевой ручкой. Таких как я остается все меньше. Мои дети не будут писать длинных текстов, они будут писать короткие аудио заметки, снимать короткие ролики, распространять идеи в 3D. Это если им повезет. А если нет, то они будут потреблять аудио заметки и короткие видео ролики, созданные искусственным интеллектом. Из этого тезиса есть один неприятный вывод. Образование, построенное на больших текстах обречено. Уже сейчас основная масса знаний сосредоточена не в книгах, а в коде, в базах данных и системах искусственного интеллекта. Учебники фармакологии и медицины мертвы, врач должен черпать опыт из баз данных, систем поддержки принятия решений и опираться на искусственный интеллект. Инженерные системы построены на коде и четырехзначные математические таблицы Брадиса вместе с бумажными эпюрами напряжений ушли в прошлое. Если мы хотим вырастить детей, уверенно себя чувствующих в новом негутенберговсом мире, мы должны давать им знания не в виде текста, а в виде кода. Человек, не умеющий программировать, будет похож на человека, не умеющего писать. Чернильные ручки умрут, вместе с правописанием. Клавиатура продолжит существование, как инструмент для ввода программного кода и то не на долго. Есть ли сейчас школы, которые готовят людей к такому будущему? Конечно есть. Похожи ли эти школы на традиционные коробки с партами и училками математики пенсионного возраста? Конечно нет. Приятный вывод из этого тезиса состоит в том, что многие из значительно более молодых людей, читающие этот текст, с ним не согласятся. Это значит, что перелом не будет очень резким. Хорошая новость для тех, кто согласится с этим тезисом состоит в том, что у них еще некоторое время будет конкурентное преимущество. Вместе со своими детьми пилите стартапы которые изменяют мир цифровым кодом, а не длинными текстами.

Что такое синдром самозванца и как с ним бороться. Где взять и кому показывать мандат. Чем плох пост в котором вы памятник. Чем хороши катастрофы. Как спроектировать свой бренд от мандата до второго переломного момента.

Поговорили про еду. Почему не нужно торопиться закрывать углеводное окно. В чем риски гелей с кофеином. Как похудеть, не ограничивая себя в еде. Нужно ли есть перед тренировкой.

Юрий Строфилов: Мне часто говорят, смотря на мои тренировки, что я псих. Я бы с ними даже согласился. Тут мне в личку написал настоящий психиатр. Я подумал «ну всё, добегался, теперь точно псих». Я догадывался, что вся эта каша связана с психоаналитикой, всякими Фрейдами и Маслоу. И я понял, что если до тебя добрался настоящий психиатр, то это уже всё. Мы поговорили, оказалось всё не так сложно. Сейчас он сам попробует рассказать, действительно ли мы все психи и как связан бег с психиатрией. Правда, я не псих? Михаил Москвин: Не знаю. Это сложный процесс опознания псих или нет. По каким критериям мерять? Юрий Строфилов: Ты же доктор, не я. Я могу посмотреть на тебя и сказать, хороший ли ты бегун. И то по достаточно размытым критериям. А что касается психов, то я вообще ничего не знаю. Михаил Москвин: Интересно, хороший – с какой стороны? С точки зрения скорости, эмоций или того, может ли других заразить? Тут тоже критерии такие вот непонятные. Юрий Строфилов: Расскажи, если мы посмотрим на очень-очень упёртых бегунов, это твои пациенты ли нет? Михаил Москвин: Мы про профессионалов или любителей? Про профи там понятно всё, они бегают за очки, деньги, контракты и всё прочее. Там, мне кажется, можно упереться. Если говорить про любителей, то надо понимать, что психиатрия бывает разная. Есть большая психиатрия, которая занимается лечением шизофрении, биполярного расстройства, расстройства личности и прочее. Есть малая психиатрия, которая занимается неврозами и заболеваниями попроще. Юрий Строфилов: У меня вот типичный невроз. Если я три дня не побегаю, то у меня начинает всё чесаться. Хочется срочно надеть кроссовки и пойти побегать. Михаил Москвин: Нет, я как-то писал, что это формирование нехимической зависимости, а в твоём случае может быть даже и химической. Есть же разные виды зависимостей.Если говорить про химическую, то это когда эндорфинчики в кровь пошли. У нехимической зависимости похожий механизм действия, например, игровая зависимость. Сейчас в метро уже нет игровых автоматов, как раньше, у которых постоянно кучковались люди. Их было не утащить оттуда. Юрий Строфилов: А сейчас вон у сына Counter-Strike. Я зашёл в статистику использования компьютера. Если бы я столько же занимался математикой, я бы уже был круче Перельмана. Михаил Москвин: Это игровая неазартная зависимость. Отдельный вид. Я не силён в вопросах игр, потому что сам не играл. Counter-Strike название слышал, но сам не знаком. Нехимические зависимости – это шопоголики, трудоголики, бегоголики.

Сурен Арутюнян взял интервью у меня. Об особенностях подготовки любителей. Мне не хватает времени на тренировки, а не времени на восстановление. Поэтому я не сильно забочусь об ускорении восстановления. Для большинства любителей ограничивающим фактором является время на тренировки. От чего мы хотим отдыхать?

Как спланировать беговой сезон? Как встраивать в подготовку промежуточные старты? Сколько и зачем нужно отдыхать? Можно ли не отдыхать? Раз в неделю Дежурный тренер проводит брифинг для своих студентов. 

Зачем нужно отдыхать после марафона, зачем нужен базовый период, зачем нужна регулярность в занятиях бегом. И другие зачем.